Неточные совпадения
Наполеон его ужасно увлек, то есть собственно увлекло его то, что очень многие
гениальные люди на единичное зло не смотрели, а шагали через, не задумываясь.
— Ну, а действительно-то
гениальные, — нахмурясь, спросил Разумихин, — вот те-то, которым резать-то право дано, те так уж и должны не страдать совсем, даже за кровь пролитую?
Он, кажется, вообразил себе, что и он
гениальный человек, — то есть был в том некоторое время уверен.
Он очень страдал и теперь страдает от мысли, что теорию-то сочинить он умел, а перешагнуть-то, не задумываясь, и не в состоянии, стало быть человек не
гениальный.
Гениальные люди из миллионов, а великие гении, завершители человечества, может быть, по истечении многих тысячей миллионов людей на земле.
Этот практический урок в другое время пролетел бы над
гениальной хозяйкой, не коснувшись ее головы, и не втолковать бы ей его никакими путями, а тут она умом сердца поняла, сообразила все и взвесила… свой жемчуг, полученный в приданое.
Доказывается, что
гениальные ученые и все их открытия, изобретения — вредны, убивают воображение, умерщвляют душу, создают племя самодовольных людей, которым будто бы все известно, ясно и понятно.
Ницше,
гениальный мыслитель, Прометей конца девятнадцатого столетия, первый глубоко понял и указал нам ошибочность нашего понимания логики.
— Городок наш милый относится к числу отодвинутых в сторону от путей новейшей истории, поэтому в нем много важного и ценного лежит нетронуто, по укладкам, по сундукам, ожидая прикосновения
гениальной руки нового Карамзина или хотя бы Забелина.
— Что же ты,
гениальный мой, так плохо приготовил урок, а?
— Смешно, что я заплакала? Но меня потрясает
гениальное, а церковная музыка в России — гениальна…
Медленные пальцы маленького музыканта своеобразно рассказывали о трагических волнениях
гениальной души Бетховена, о молитвах Баха, изумительной красоте печали Моцарта. Елизавета Спивак сосредоточенно шила игрушечные распашонки и тугие свивальники для будущего человека. Опьяняемый музыкой, Клим смотрел на нее, но не мог заглушить в себе бесплодных мудрствований о том, что было бы, если б все окружающее было не таким, каково оно есть?
«Нужен дважды
гениальный Босх, чтоб превратить вот такую действительность в кошмарный гротеск», — подумал Самгин, споря с кем-то, кто еще не успел сказать ничего, что требовало бы возражения. Грусть, которую он пытался преодолеть, становилась острее, вдруг почему-то вспомнились женщины, которых он знал. «За эти связи не поблагодаришь судьбу… И в общем надо сказать, что моя жизнь…»
А сюжет книги — таков: некрасивый человек, но
гениальный ученый отравил Москву чумой, мысль эту внушил ему пьяный студент.
— А некий студент Познер, Позерн, — инородец, как слышите, — из окна вагона кричит простодушно: «Да здравствует революция!» Его — в солдаты, а он вот извольте! Как же
гениальная власть наша должна перевести возглас этот на язык, понятный ей? Идиотская власть я, — должна она сказать сама себе и…
— Лучший способ провезти контрабанду, — шепнул Пантен. — Всякий может иметь такие паруса, какие хочет. У вас
гениальная голова, Грэй!
Сам Иван рассказывал потом, что все произошло, так сказать, от «пылкости к добрым делам» Ефима Петровича, увлекшегося идеей, что
гениальных способностей мальчик должен и воспитываться у
гениального воспитателя.
Впрочем, ни Ефима Петровича, ни
гениального воспитателя уже не было в живых, когда молодой человек, кончив гимназию, поступил в университет.
Так, господа, это пусть, пусть сторонятся, почтительно или нет, но, на мой грешный взгляд,
гениальный художник закончил так или в припадке младенчески невинного прекрасномыслия, или просто боясь тогдашней цензуры.
—
Гениальная мысль! — восторженно перебил Митя. — Именно он, именно ему в руку! Он торгует, с него дорого просят, а тут ему именно документ на самое владение, ха-ха-ха! — И Митя вдруг захохотал своим коротким деревянным смехом, совсем неожиданным, так что даже Самсонов дрогнул головой.
Розанов в своем роде
гениальный выразитель этой русской религии родовой плоти, религии размножения и уюта.
В русской литературе
гениальное художественное воспроизведение эта стихия нашла в романе А. Белого «Серебряный голубь».
Он сам изобличил свою психологию в
гениальной книге «Уединенное», которая должна была бы быть последней книгой его жизни и которая навсегда останется в русской литературе.
Гениальная физиология розановских писаний поражает своей безыдейностью, беспринципностью, равнодушием к добру и злу, неверностью, полным отсутствием нравственного характера и духовного упора.
Розанов —
гениальная русская баба, мистическая баба.
Он зародился в воображении Достоевского и даже превзошел своим неправдоподобием все, что представлялось этому
гениальному воображению.
В народной жизни эта особенная стихия нашла себе яркое, я бы даже сказал,
гениальное выражение в хлыстовстве.
Кто написал
гениальную хулу на Христа «об Иисусе Сладчайшем и о горьких плодах мира», кто почувствовал темное начало в Христе, источник смерти и небытия, истребление жизни, и противопоставил «демонической» христианской религии светлую религию рождения, божественное язычество, утверждение жизни и бытия?
Только потому он создал
гениальное произведение.
Лучшие, самые яркие, самые
гениальные страницы Розанова написаны против Христа и христианства.
Он —
гениальный выразитель какой-то стороны русской природы, русской стихии.
В сделанный перерыв из этой залы вышла та самая старушка, у которой
гениальный адвокат сумел отнять ее имущество в пользу дельца, не имевшего на это имущество никакого права, — это знали и судьи, а тем более истец и его адвокат; но придуманный ими ход был такой, что нельзя было не отнять имущество у старушки и не отдать его дельцу.
—
Гениальный адвокат! — говорил он.
Товарищи Райского показали его стихи и прозу «
гениальным» профессорам, «пророкам», как их звал кружок, хвостом ходивший за ними.
А Наполеон I как был хитр, — гораздо хитрее их обоих, да еще при этакой-то хитрости имел, говорят,
гениальный ум, — а как мастерски провел себя за нос на Эльбу, да еще мало показалось, захотел подальше, и удалось, удалось так, что дотащил себя за нос до Св.
Мы далеки от намерения характеризовать всю мистику Эккегарта как нехристианскую, совсем напротив, в писаниях этой удивительно богатой, глубокой и
гениальной личности содержатся и неоценимые богатства христианского благочестия, которые, однако, перемешаны, притом не всегда различимо, с нехристианскими мистическими мотивами и настроениями.
Штёкль произносит про Эриугену следующий суровый приговор: «Erigena's Lehrsystem mag genial genannt werden, christlich ist es nicht» (1. с. 381) [«Систему взглядов Эриугены можно назвать
гениальной, христианской — назвать нельзя» (нем.).].
И не только каждое частное произведение творчества, но и вся жизнь человеческая должна стать обретением
гениальной темы и талантливым ее исполнением.
С. 36: 4.3 (697 А).], сказал Спиноза, всякое бытие состоит из да и нет, по
гениальному выражению Я. Беме.
Мужское начало, солнечное,
гениальное, логическое, является зачинательным, ему принадлежит тема, мотив, импульс, с ним связано узрение софийных сущностей, созерцание идей.
У Гегеля на этот счет есть
гениальная формула: «Dass es nichts giebt, das nicht ein Mittelzustand zwischen Seyn und Nichts ist»; и еще: das Werden ist das Verschwinden von Seyn in Nichts, und von Nichts in Seyn, und das Verschwinden von Seyn und Nichts überhaupt; aber es beruht gleich auf» dem Unterschiede derselben» [«Нет ничего такого, что не было бы промежуточным состоянием между бытием и ничто»….
Такова троица у Плотина: Единое — Ум — Душа; хотя по эманативному своему смыслу шютиновская троица и существенно отличается от христианской, она остается
гениальной попыткой философского осознания три-ипостасного образа, живущего в человеке.
В учении этого
гениального мыслителя XV века, еще ждущего надлежащего изучения, идея трансцендентности Бога, составляющая сущность отрицательного богословия, положена в основу его системы, и даже положительное его учение о Боге понятно только в свете этой центральной идеи.
И та, и другая стихия духа, — и гениальность, и талантливость, — потенциально присущи каждому человеку, образуют духовный его состав, однако с разной степенью явности и активности (ведь и для того, чтобы понимать
гениальные творения, надо находить в себе для них отзвук и как бы сопутствовать гению в его восхождении).
Близ Москвы, между Можайском и Калужской дорогой, небольшая возвышенность царит над всем городом. Это те Воробьевы горы, о которых я упоминал в первых воспоминаниях юности. Весь город стелется у их подошвы, с их высот один из самых изящных видов на Москву. Здесь стоял плачущий Иоанн Грозный, тогда еще молодой развратник, и смотрел, как горела его столица; здесь явился перед ним иерей Сильвестр и строгим словом пересоздал на двадцать лет
гениального изверга.
Настоящий Гегель был тот скромный профессор в Иене, друг Гельдерлина, который спас под полой свою «Феноменологию», когда Наполеон входил в город; тогда его философия не вела ни к индийскому квиетизму, ни к оправданию существующих гражданских форм, ни к прусскому христианству; тогда он не читал своих лекций о философии религии, а писал
гениальные вещи, вроде статьи «О палаче и о смертной казни», напечатанной в Розенкранцевой биографии.
Корчевская кузина иногда гостила у княгини, она любила «маленькую кузину», как любят детей, особенно несчастных, но не знала ее. С изумлением, почти с испугом разглядела она впоследствии эту необыкновенную натуру и, порывистая во всем, тотчас решилась поправить свое невнимание. Она просила у меня Гюго, Бальзака или вообще что-нибудь новое. «Маленькая кузина, — говорила она мне, —
гениальное существо, нам следует ее вести вперед!»
Свинцовая рука царя не только задушила
гениальное произведение в колыбели, не только уничтожила самое творчество художника, запутав его в судебные проделки и следственные полицейские уловки, но она попыталась с последним куском хлеба вырвать у него честное имя, выдать его за взяточника, казнокрада.
Тем же, что остается на земле от
гениальных творческих актов, пользуются менее всего этого достойные.